Татьяна Высоцкая - За Поворотом Всех Путей

Мы держим за руку людей упрямо,
Но жизнь порой копает глубже ямы.
И тишиной сменяет громкий смех.
Уходят те, с кем мы душой сливались,
С кем строили и планы, и дома.
И там, где мы за счастье так цеплялись,
Теперь туман сменяет темнота.
За поворотом всех путей незримых
Нас встретит тот, кто душу исцелит
Среди людей далёких и чужих.
Он станет тем, в ком тихий свет горит.
Он обоймёт, прогонит все метели,
Подарит верность, бережный покой.
И мы поймем, что именно хотели
Всю жизнь идти одной его рабой.
Нас люди учат падать и ломаться,
Прощать грехи, закрывать глаза.
И после горьких слез опять смеяться,
Когда уходит душная гроза.
Забудутся былые пепелища,
Остынет боль от резких горьких слов.
Кто должен был уйти, ушел до срока,
Чтоб не мешать рассвету на пути.
В этой тишине, где одиноко,
Мы сможем силу главную найти.
За поворотом всех путей незримых
Нас встретит тот, кто душу исцелит
Среди людей далеких и чужих.
Он станет тем, в ком тихий свет горит.
Он обоймет, прогонит все метели,
Подарит верность, бережный покой.
И мы поймём, что именно хотели
Всю жизнь идти одной его дропой.
Мы злимся на предательство и холод,
На тех, кто не остался до конца.
Когда пустеет этот шумный город,
И в памяти стираются чер черты лица.
Но если кто-то молча нас покинул
И растворился в суетной толпе,
Он просто груз был их иллюзий скинул,
Оставил отпечаток на душе.
За поворотом всех путей незримых
Нас встретит тот, кто душу исцелит
Среди людей далеких и чужих.
Он станет тем, в ком тихий свет горит.
Он обоймет, прогонит все летели,
Подарит верность, бережный покой.
И мы поймем, что именно хотели
Всю жизнь идти одной его тропой.
Мы улыбнемся тем, кто рядом дышит,
Кто разделил и радость, и беду,
Кто наше сердце среди шума слышит
И шепчет тихо:
«Я с тобой пойду».
Все к лучшему, судьба сама рассудит,
За поворотом всех путей незрим
Встретит тот, кто душу исцелит
Среди людей далеких и чужих.
Уставите, в ком тихий свет горит.
Он обоймёт, прогонит все метели,
Подарит верность, бережный покой.
И мы поймём, что именно хотели
Всю жизнь идти одной его дробой.